Я всегда считал, что игра «Ночной гость» - всего лишь городская легенда. Красивая, возбуждающая, но легенда. Однако я изменил свое мнение, когда мне в руки попал отрывок из заметок одного из участников игры. Контакта с ним у меня нет, и найти вход в игру на просторах большого интернета оказалось невозможным: несколько дверей, в которые я пытался постучаться, оказались нарисованными на холсте. Теперь меня снедает досада и желание попасть-таки в игру….

«….Открыв незапертую входную дверь, они попадали в небольшую уютную прихожую, из которой открывался проход в кухню. На кухонном столе горела свеча, освещая кухню теплым живым светом и отбрасывая немного света в прихожую. Условий игры – отсутствие света в спальне - это никак не нарушало, но создавало ощущение интима и предвкушения. Я намеренно оставлял дверь в спальню из прихожей закрытой. Это давало моей гостье ощущение уверенности и иллюзию непредрешенности ее следующего шага. Открыть эту дверь или не открывать ее - оставалось только ее решением, и возможность «передумать» давала ей иллюзию контроля. Но, конечно, это была только иллюзия. Женщин манит неизведанное, и полагать, что, уже придя ночью в квартиру к незнакомому мужчине, она вдруг «передумает», никто серьезно не стал бы. Но самой женщине такая иллюзия важна, и я ее предоставлял. Иллюзию возможности бегства они оставляли себе сами – очень-очень редко я слышал из своей постели звук задвигаемого засова входной двери. Женщины оставляли ее незапертой, хотя ни одной из них не приходилось пользоваться именно этой возможностью для бегства. Попав в мою постель они, как правило, не спешили ее покидать. Исключением была, наверное, как раз те три-четыре профессионалки игры, которые запирали за собой засов сразу, как входили. В этих случаях все шло по профессиональному сценарию: почти сразу вслед за шумом засова поворачивалась ручка двери в спальню – моей гостье достаточно было секунды, чтобы сбросить с себя единственный специально надетый для удобства и скорости халат или накидку, в которой она шла от машины к подъезду дому и по лестнице к двери моей квартиры – и за этим следовали три-четыре уверенных шага до постели и ее рука, находящая и сжимающая мой торчащий член. Заправские игруньи пользуются этой техникой, удерживая член мужчины, пока тот знакомится с их телом, и отпускают только когда (и вне сомнений, как говорит себе сама дама, «только если») сочтут претендента достойным их пизды. Когда пизда получает желаемое, они удаляются, без колебаний и забот о кавалере. Кому-то такой подход может показаться эгоистично-механистичным, но я никогда так не считал. Я люблю ощущение, что я прислуживаю пизде, а с такими гостьями это ощущение было очень ярко выраженным. Кроме того, уверен, многим мужчинам, которые относятся с меньшим трепетом к естеству и податливости женщины, не мешает время от времени ощутить себя на женском месте. Наконец, сама игра держится на профессиональных игруньях – именно они популяризируют ее и приобщают к ней новых и новых участниц. Обычной женщине трудно решиться на подобное предложение от незнакомого мужчины, если же этот мужчина рекомендован более опытной подругой, от опасений почти ничего не остается, они вытесняются любопытством и высвобожденными желаниями, которые до этого подавлены страхами и социальными нормами. Но именно обычные женщины вносят в игру ту самую непредсказуемость и новизну, ради которой в нее играют все.
Итак, обычная женщина, которая участвует в игре первый, второй, третий, а пусть даже десятый раз. Она идет ко мне, не зная меня, испытывая смесь любопытства, возбуждения и страха. Пропорции этих ощущений у всех разные, и до момента, когда она войдет в мою прихожую, страх (у более опытных участниц – опасение) преобладает. Иногда участница игры так и не сможет его преодолеть, и тогда я проведу время до рассвета, напрасно вслушиваясь в ночную тишину. Но чаще… чаще мое ожидание не напрасно. Вскоре после часа ночи я слышу, как незапертая дверь моей квартиры открывается, впуская ночную гостью, и мягко закрывается за ней. По условиям игры гостья должна немедленно и полностью раздеться. Ах, до чего волнителен этот момент! Я сам, будучи ночным гостем, остро наслаждаюсь именно этими ощущениями: раздеться догола в незнакомом месте, идти вглубь чужой квартиры или дома, ощущая ночной воздух всем телом, ощущая и осознавая свою наготу, двигаться наугад по заданному заранее направлению, в темноте, когда осязание и слух обостряются, компенсируя недостаточность зрения, нащупать постель, коснуться обнаженного тела и сразу после этого, наконец, найти ртом пизду ждущей меня хозяйки дома. Да, для меня всегда - с гостьей ли, с хозяйкой ли, - всегда и первым, и первоочередным контактом был контакт моего рта с ее пиздой. И это не было проформой, касанием для обозначения контакта. О нет, это был долгий французский поцелуй, я открывал пизду губами, наполнял рот горячей плотью и влагой, сосал и дрочил языком клитор и ебал пизду языком. На женщин такое внимание к их пизде производит самое лучшее впечатление. Оно обозначает внимание, готовность ублажать, готовность к интиму, оно успокаивает женщину, подсознательно боящуюся насилия и грубости, оно будоражит ее чувственность и возбуждает в ней желание телесных утех. Кроме того, такой контакт символизирует саму игру и соответствует ее духу – я и моя гостья или хозяйка не видим лиц друг друга, не видим тел, хоте и соединяемся ими самым интимным и откровенным способом….»