НЕМНОГО СЕКСА В ПУСТОМ КИНОТЕАТРЕ

Попробуйте, при случае, в кино
Заняться неожиданно минетом,
А кто-нибудь окажется при этом,
То Вам, поверьте, будет все равно!

Ну что там он увидит в темноте?
А если и увидит, ну и что же?
Все игры на земле на секс похожи,
Особенно, когда движенья – те!

… Ты помнишь, мы зашли в холодный зал,
А в зале никого – пустые кресла.
И ты меня на задний ряд позвал,
При этом улыбаясь интересно.

О чем был фильм, не вспомню, хоть убей!
Но что-то там мелькало на экране.
Ты гладил грудь мне, прижимал сильней,
И я плыла, откинувшись, в тумане…

Достала и погладила его…
(Полоска света появилась в зале).
Но я не замечала ничего,
Вот только подлокотники мешали.

Ты словно «Факел» вспыхнул под рукой.
И я была горячая при этом.
А что тогда мы сделали с тобой,
Останется почти для всех секретом.

Киномеханик вдруг увидел нас,
Спустился в зал и наблюдал за нами.
Такой случайный, необычный сеанс –
Что так случится, мы не знали сами.

… Мы часто вспоминаем то кино
И наши поцелуи, и объятья.
И я хотела повторить опять бы
Тот милый случай, бывший так давно.

Петр Давыдов
http://stihi.ru/avtor/eshahava

Скользит бретелька по плечу,
Застыли туфли на паркете...
О, как же, я тебя хочу...
Как никого на этом свете...
Луна прожектором в окно -
Ей все земное интересно...
А я люблю тебя давно
Всецело, радостно и честно...
Уже и юбка на полу
Сплелась в объятиях с чулками...
Я предан навсегда теплу,
Тому, что трогаю руками...
Не будем, милая спешить,
Возьму тебя не раз в постели...
Мы только начинаем жить,
Мы молодцы на самом деле...
Запретов нет, есть только страсть,
И наслаждение пороком,
Зову тебя смелей упасть,
Наполнив тело мощным током...
Разряд преследует разряд,
Когда мы в ход пускаем плети...
Никто поверь, не виноват,
В том, что ты лучшая на свете.

Андрей Алякин

Платье было короткое.
Мы ходили по городу
но в потоке гуляющих,
только я знал секрет:
что сегодня оделась ты
для меня по-особому,
и под платьем коротеньким
ничего больше нет.

Я, обняв тебя бережно,
гладил бедра украдкою,
ощущая под пальцами
тела каждый изгиб.
Там, где платье кончается, -
кожа нежная сладкая.
В полумраке ласкал тебя,
замирая на миг.

Мы ходили по острову,
волны берег баюкали
и луна освещала нам
неизведанный путь.
А испанские женщины
с расклешенными юбками
танцевали на площади:
- Эй, раскованным будь!

Наш секрет обжигающий
знали только с тобою мы.
И спустившись по лестнице,
мы укрылись от всех.
Может, кто-то и видел, как
занимались любовью мы
ведь на улице слышались
твои вздохи и смех.

Мы взлетали над городом.
Мы взлетали над островом
Песни, танцы, прохожие,
исчезающий звук…
И дорогами звездными
пролетали так просто мы
от всего отрешенные,
что осталось внизу.

Прижимаясь расслабленно,
возвращались так поздно мы
Я держал тебя за руку.
Я тебя целовал.
Как удачно оделась ты
для меня по-особому.
Как прекрасно, что я тебя
на Земле повстречал!

Петр Давыдов

Я не женщина на ночь. Я ночь. Навсегда.
Я не праздник – я жизнь, и я сложная штука.
Да, мне больно и грустно. Но лишь иногда.
А вообще я умею отлично быть сукой.
Я сокровище. Только сумей разглядеть.
Не сумел – не судьба. Не судьба – не разлука.
Я вселенная. Я рождена умереть -
Как и каждый из нас. Круговая порука.
Моя слабость давно растворилась в вине,
Моя ночь – ураган. Мое утро цинично.
Я уже победила в холодной войне.
Ну а кто проиграл – мне уже безразлично...